Заговор против Франции

  • Дата публикации: 02.01.2015

8 ноября рейтинговое агентство Standart & Poor’s понизило кредитный рейтинг Франции. Данное решение попало в заголовки множества газет, с комментариями о том, что Франция находится в кризисном состоянии. Рынки на это известие отреагировали вяло: стоимость получения заёмных средств для Франции, которая находится вблизи исторических минимумов, едва пошевелилась.

Так что же произошло? Действия S&P нужно рассматривать в контексте политики бюджетной экономии. И имеется в виду как раз политика, а не экономика. Антифранцузский заговор, хотя это слово и может звучать как преувеличение, выглядит как чёткая демонстрация того факта, что в Европе, как и в США, «бюджетные скряги» не волнуются о дефиците. Вместо этого они используют страхи перед долгом как двигатель их идеологической повестки. И Франция, которая отказывается им в этом подыгрывать, стала мишенью непрекращающейся негативной пропаганды.

Год назад журнал «Экономист» объявил Францию «замедленной бомбой в центре Европы», по сравнению с которой бледнеют проблемы Греции, Испании, Португалии и Италии. В январе 2013 года редактор CNN Money сообщил, что страна находится в режиме «свободного падения» и двигается в сторону «экономической Бастилии». В других СМИ можно легко найти статьи в том же духе.

С учётом подобной риторики, к данным Франции подходишь с опаской. И вместо негатива находишь, что страна, пусть и переживает экономический кризис, но выглядит при этом лучше всех своих соседей, кроме Германии. В последнее время рост экономики Франции был слабым, но в то же время большим, чем у Нидерландов, у которых остаётся максимальный рейтинг ААА. Согласно ряду оценок французские рабочие сейчас продуктивнее, чем были их немецкие коллеги пару лет назад, и таковыми и остаются.

Тем временем бюджетные перспективы Франции не выглядят тревожными. Бюджетный дефицит с 2010 года заметно снизился, и МВФ ожидает стабильного соотношения величины долга к ВВП в ближайшие пять лет.

Что насчёт долгосрочной перспективы стареющего населения? Для французов это проблема, как и для всех развитых стран. Однако рождаемость во Франции более высокая по сравнению с большинством европейских государств, во многом за счёт правительственной программы, поощряющей заводить детей и облегчающей жизнь работающим матерям, так что демографические перспективы страны лучше, чем у соседей. Зато система здравоохранения, обеспечивающая высокое качество по умеренной цене, в будущем станет большим бюджетным плюсом.

Так что по числам Франция не выглядит заслуживающей критики. Так что же происходит?

Два месяца назад Оли Рен, европейский комиссар по экономике и монетарной политике и один из больших сторонников жёсткой экономии, раскритиковал французскую бюджетную политику. Причина? Она основана на повышении налогов, а не сокращении расходов, и рост налогов «уничтожит рост экономики и замедлит процесс создания рабочих мест».

Другими словами, финансовая дисциплина для него означает отмену структуры социальных гарантий.

S&P объясняет снижение рейтинга не столь откровенно, но по сути так же: рейтинг снижен потому, что «нынешний подход французского правительства к бюджету и структурным реформам налогообложения, рынкам продуктов, сервисов и рабочей силы, вряд ли значительно поспособствуют среднесрочным перспективам экономического роста страны». Неважно, что там говорят числа бюджета: где сокращение налогов и дерегуляция экономики?

Можно было бы предположить, что Рен и S&P выдвигают свои взгляды на каких-то реальных данных и свидетельствах того, что сокращение расходов для экономики лучше, чем рост налогов. Но это не так. Исследования МВФ показывают, что пытаясь сократить дефицит бюджета во время рецессии, нужно делать обратное - временно повышать налоги, что вредит меньше сокращения государственных расходов.

Когда говорят о чудесах «структурных реформ», не давайте обмануть себя. Это главным образом кодовая фраза, означающая дерегуляцию, а свидетельства достоинств дерегуляции крайне противоречивы. Ирландия получила немало похвал за структурные реформы 90-х и 2000-х годов; министр финансов Великобритании назвал её опыт «блестящим примером». И что стало с ней теперь?

Для американцев это всё звучит знакомо. Там также «бюджетные скряги» порываются свернуть программы Medicare и Social Security, прикрываясь словами о неотложности сокращения дефицита бюджета. Европейские сторонники экономии хотят того же. Франция отказалась быть «финансово ответственной» и усугубить положение бедных слоёв населения - за что должна быть наказана.